Охота на серых волков стр 92

Было видно, что старший лейтенант хотел сказать что-то совсем другое, едкое, но вовремя одернул себя…
Старшие офицеры СМЕРШа допрашивали негром¬ко и без битья.
Перед Шелестом оказалась пачка «Казбека», а до того он сожрал полбанки американской тушенки с доб¬рым куском хлеба, и не поморщился…
Зэка блаженно дымил папиросой, поглядывая, что¬бы офицеря не прибрали пачечку, — и неторопливо от¬вечал на вопросы. Майор и подполковник, принявшие его у особотдельской двоицы, назвали Шелесту фами¬лию его «папаши» и подтвердили, что такой офицер действительно, как они сказали, «проходит по орга¬нам».
— В Москву тебя доставим, — пообещал подполков¬ник, чем-то неуловимо похожий на гадского Гитле¬ра. В тепле будешь, в сытости…
— Так вы утверждаете, Шелест, — начал вежливый до тошноты майор,что ваши товарищи погибли? Напомните, как это случилось…
— Петруху-радиста ваши пришили, — терпеливо начал зэка. — Потом мы под артналет попали, — там остальные легли… Один, правда, был ранен, но я не мог его на себе тащить, — ослабел, гражданин начальник…
— Достреливать не пришлось? — осведомился под-полковник.
— Как сказать… — промямлил Шелест, поглядывая то на одного, то на другого допросчика.
— Впрочем, это уже неважно… — пришел на выручку майор и посмотрел на часы. — Долговато, товарищ подполковник, вам не кажется?
— Кажется, — кивнул тот. — Им ведь сопровожде¬ние дали, — на дорогах неспокойно, — так что могли задержаться по пути… бывает… А бумагу машинистка печатает?.. Вот и хорошо…
Зэка были непонятны эти реплики: Шелест осто¬рожно вытряс из пачки еще одну папиросу и прикурил. Дым потянулся к косому потолку, завиваясь во¬круг тусклой лампочки…
В дверь постучали, и на пороге вырос курьер с ма-линовыми петлицами и фельдъегерским знаком. Вру¬чив подполковнику пакет под расписку, он откозырял и убрался.
Особист сломал печати, вытряс из пакета отпечатан¬ный на машинке лист, прочитал внимательно, прочитал еще раз…
Подполковник поднял глаза на безмятежно дымя¬щего зэка и проговорил сдержанно:
— Всё, как я и ожидал, гражданин Шелест. Твой пресловутый «папаша» во всем признался… не смог дольше скрывать свою вражескую сущность…
— Как?! Чего?! — пискнул Шелест: голосовые связ¬ки внезапно отказали. — Я не пойму что-то, гражданин начальник… не пойму, неа…
И тут вмешался майор.
— Вы, наверное, думали, что мы тут вас поим и та-бачком угощаем посреди ночи из большого человеко-любия?! — сказал майор веско. — Теперь, Шелест, вам остается только одно: чистосердечно рассказать о том,
как вас и вашего «папашу» завербовала финская раз¬ведка…
Зэка отшатнулся, забыв о недокуренной папиросе.
— Старший лейтенант, который занимался подго¬товкой и заброской вашей диверсионной группы,, во всем сознался,—— добавил подполковник. — Так что, Шелест, в молчанку станем играть, — или сознаваться будем?!
— Ей-богу, гражданин начальник… — хрипло на¬чал зэка, но майор его перебил.
—- Когда арестованный вспоминает так называемо¬го бога, то это означает, что он на полпути к чистосер¬дечному признанию! — значительно заметил майор. — Только не надо молчать и запираться! — повысил он голос. — Враг, пробравшийся в наши ряды, уже обез¬врежен, и ваши показания мало что изменят в его судь¬бе,. — это чистая формальность…
— Жаль, что нельзя побеседовать с вашими товарищами, — вставил подполковник. — Полагаю, они ока¬зались бьї разговорчивее… особенно этот… — особист заглянул в машинописный листок, — Гнедушин, да!..

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *