Охота на серых волков стр 111

как раз как специалиста: они перехватили посылку, объемистую такую, а там несколько гобеленов…
— Одну минуточку! — остановил капитана Марушев. — Выходит, и картины так можно вывозить? Я имею в виду, неправильно, в свернутом виде…
— Нет до этого у наших мародеров ум не доходит! — рассмеялся горбоносый, и тут же понизил голос, вспомнив, где находится: —- Виноват, товарищ подполковник: я сказал «мародеры»… Если надо, то могу взять свои слова обратно…
— Здесь прокуратура, а не частная лавочка,.—заметил Марушев, — так что брать свои слова обратно вам здесь никто не позволит… А сказали вы правильно: мы, большевики, не боимся говорить правду, — а примером нам в том гениальный Сталин!.
Подполковник поднял глаза к портрету Верховно¬го, висящему у него над головой, и продолжил беседу:
— Вы сказали — «ум не доходит». А почему?
— Да потому, что мародеры — это люди тороплив вые и жадные, — с облегчением отозвался капитан: — Они ведь не умеют понимать, что порой ценность картины к ценности рамы относится как десять тысяч к единице… нет, не понимают… Хотя бывают, конечно, рамы особо ценные… иногда… дуб там, орех…
— Так, значит, прямо с рамами и тащат в тыл? — спросил Марушев. Да, картины органам гораздо легче обнаруживать… Если мне до сих пор непонятно, зачем нашим генералам гобелены, то для чего им картины, мне очень даже понятно…
— Украшение! Для них это просто украшение! — заметил капитан, снова натягивая на нос очки. — Повесят где-нибудь на подмосковной дачке, в простеночке, .— а вдруг протечка? дождь? или пожар?.. Всё ведь погибнет без должной заботы!.. Вот, в довоенных правилах экспонирования по Третьяковке, — я в их разработке, между прочим, принимал деятельное участие, — сказано…
— Спасибо, товарищ капитан! — поднимаясь, проговорил Марушев и подал музейщику руку. — Вы очень помогли работе прокуратуры!..
«А ведь без поездки никакого «дела генералов» не выгорит, — сказал себе подполковник, когда горбоносый убрался, неуклюже щелкнув на пороге каблуками разбитых сапог. — С одной стороны… а с другой стороны, черт возьми…»
С одной стороны, Марушеву никакие хотелось снова ехать в действующую армию, — сводки победные, а частные сведения тревожные: бьется немец яростно, не жалея ни чужих, ни своих… Подстрелят, чего доб¬рого, за шаг до победы, или под артобстрел очень лег¬ко, между прочим, угодить, — пушкари гвоздят почем зря: у них сроки поджимают, так что особо не разби¬рают, где свои, а где чужие… Ну, а с другой стороны, служебное рвение не дозволяло советнику юстиции вот так всё бросить, —- то есть, попросту говоря, отписать¬ся, как ничтоже сумняшеся делывали его товарищи…
«Надо к Горшенину идти! — решил Марушев. — До¬ложу, а там пускай сам глядит…»
Константин Петрович принял советника юстиции с прохладцей. Выслушав, Прокурор заметил:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

code